События февраля–марта 2026 года навсегда перечеркнули прежнюю архитектуру безопасности Евразии. То, что начиналось как серия прокси-конфликтов и точечных операций, трансформировалось в крупнейшее прямое военное столкновение в регионе со времен войны в Персидском заливе.
Ближний Восток оказался втянут в многоуровневую войну, где ставки подняты до максимума: от выживания политических режимов до контроля над ключевыми мировыми энергетическими артериями.
Аналитический отдел Report.az выделяет три главных театра военных действий, каждый из которых обладает собственным разрушительным потенциалом для мировой экономики:
Утро 28 февраля 2026 года стало точкой невозврата. Прямая атака израильских ВВС при поддержке Центрального командования США (CENTCOM) по стратегическим, ядерным и правительственным объектам в Иране привела к параличу иранской системы ПВО и значительным потерям в руководстве КСИР.
Тактика коалиции: Использование подавляющего преимущества в воздухе (стелс-авиация F-35) и радиоэлектронной борьбе для уничтожения заводов по производству баллистических ракет и центрифуг (Натанз, Исфахан).
Ответ Тегерана: Запуск более 1200 ракет по территории Израиля и американским базам в Персидском заливе. Переход к асимметричной войне и стратегии «тысячи порезов» через кибератаки и активизацию спящих ячеек.
На фоне ракетных дуэлей с Ираном, Израиль принял радикальное решение о перекройке своих северных границ. Под руководством министра обороны Исраэля Каца ЦАХАЛ начал полномасштабную сухопутную оккупацию южного Ливана.
Цель: Создание сплошной буферной зоны до реки Литани (около 10% территории Ливана) для полного исключения ракетных обстрелов израильских городов со стороны движения «Хезболла».
Последствия: Уничтожение гражданской инфраструктуры (мостов, дорог) южнее Литани, гуманитарный кризис и появление сотен тысяч новых беженцев, устремившихся в Бейрут и Сирию.
Акватории Красного моря, Баб-эль-Мандебского и Ормузского проливов превратились в зоны свободного огня. Йеменские хуситы и ВМС КСИР де-факто заблокировали проход для любых коммерческих судов, связанных со странами западной коалиции.
Эскалация 2026 года нанесла сокрушительный удар по глобальным рынкам. Паралич институтов глобального управления (включая расколотую на два лагеря G20) лишил мировую экономику механизмов сдерживания кризиса.
Макроэкономический маркер Состояние на весну 2026 года Влияние на мир Нефть (Brent) Выше $115–118 за баррель. Угроза глобальной стагфляции. Снижение темпов роста экономик ЕС и Китая из-за удорожания энергоносителей. Золото (XAU/USD) Закрепление на исторических максимумах (выше $2,580 за унцию). Бегство капиталов из рисковых активов. Массовая скупка физического металла Центробанками стран Глобального Юга (дедолларизация). Оборонный сектор Беспрецедентный рост акций ВПК. Критический дефицит систем ПРО (таких как Patriot PAC-3 MSE). Глобальная гонка вооружений. Переход западных военных заводов на круглосуточный режим работы.
В условиях, когда Ближний Восток пылает, архитектура внешней политики официального Баку демонстрирует высочайшую устойчивость. Для Азербайджана кризис формирует две стратегические реальности:
Безальтернативность Срединного коридора: Из-за блокады Суэцкого канала и Ормузского пролива, Транскаспийский международный транспортный маршрут (ТМТМ), проходящий через Азербайджан, стал главной, наиболее безопасной сухопутной артерией, связывающей рынки Азии и Европы. Грузопоток через Бакинский порт бьет исторические рекорды.
Энергетический прагматизм: На фоне перебоев поставок с Ближнего Востока, азербайджанская нефть (блок АЧГ) и газ (Южный газовый коридор) приобретают критическое значение для энергетической безопасности Европы, что позволяет Баку заключать сверхвыгодные долгосрочные контракты, направляя сверхдоходы в Фонд возрождения Карабаха.
Весна 2026 года обозначила конец эпохи «управляемых конфликтов». Ближний Восток перешел границу, за которой возвращение к статусу-кво невозможно. Исход этого противостояния не только определит новые границы государств в регионе, но и окончательно сформирует контуры нового, многополярного мирового порядка.
Баку 28° C
